Пани Атаман (Часть 2)

…Друзья по ФБ часто пишут, что всё, что я описываю не реально. "Этого не может быть" - пишут мне. Да, это так. Всё это нереально, как и сама война. Неужели мы думали, что это возможно, готовились к этому, предполагали это - старшебратие, русская удушающая любовь, набеги казаков, доносы соседей, разрушенный Донбасс, голод, смерть от голода - у нас в Украине, в 2014 году? 
 
Вы знаете, отвечаю я, у нас почти сразу возникло ощущение режессуры, сценарийности, наигранности всей этой войны, нас там, в зоне, постоянно преследовало чувство, что все мы актеры в каком-то фильме, слишком нереальными были многие события. Реальными были только смерть, кровь, выстрелы, разрушения, солдаты, танки, БТРы, ГРАДы, гаубицы, допросы, доносы…

Было много версий развития и начала войны. От фантастических до остросюжетных и даже мистических. Сланцевый газ, закрытие шахт, загрузка в шахты радиоактивных отходов, уничтожение олигархатом Украины и России патриотов, развал России, режиссированный староверами Сибири, постановка и съемки фильма по книге Пелевина, захват шаманами России Беловодья (Шамбалы), находящейся в Украине… А, каковы версии?! 

Вся эта война была, как оксюморон, а я жила, как "донбасская Алиса в стране чудес", вот только фейковые войска стреляли не фейковыми пулями. Чего стоили сообщения "русских на Донбассе нет" при двух-трех часовом гуле, заходящих в Суходольск, Зимовники, Антрацит колонн. Русская армия, как белый кролик в белой комнате, все знали, что она на Донбассе, но никто ее не видел. А сколько было потрачено нервов и сил, чтобы доказать, что украинские партизаны на Донбассе существуют?! "Назовите фамилии, имена, адреса" - говорили нам, сидящие за сотни километров от линии фронта. "Но ведь тогда люди погибнут, будет риск и угроза жизни их родным" - отвечали мы и… и падали духом, слыша обвинения, смех, недоверие. А сотни ситуаций, которые тогда для нас были обыденными и не описанными в рассказах, поскольку тут в зоне для нас это было нормальными вещами. А вот сейчас оглядываешься, вспоминаешь - мама дорогая, нормальный человек бы с ума сошел. Здесь изнанка войны. Там, ее середина. То, что "нормально" там, это "ненормально" тут.
 
Я вспоминаю, как однажды еду в маршрутке из города в поселок. Обычный день, обычный маршрут. Останавливаемся на красный свет. Центр города, перекрёсток. И стоим. Ждем зеленый. Маршрутка и танк рядом с ней во второй полосе. Обычный танк, обычная маршрутка. На танке лежат люди в форме. В маршрутке люди в платьях, шортах, рубахах, сарафанах. Жарко. Вдруг один из лежащих на танке, видимо увидев знакомого в маршрутке, машет рукой, достает телефон и в салоне раздается звонок мобильного:

- Привет, - отвечает сидящий в маршрутке парень звонящему, - я выходной, та ездили с женой обои покупать. Ага, ремонт делаю. А ты воюешь? Ну и как, нормально получается? Да не, я этот бардак не поддерживаю. Не, воевать не пойду. Фигня это все и грохнуть могут. Мне и в шахте неплохо платят. Да брось ты, мы Путину не нужны, а в России свой бардак, ты ж знаешь, у меня там тёща.

Загорается зеленый. Танк трогается, маршрутка не спешит и пропускает его.

- Ну, давай, пока, - прощаются собеседники, - заходи в гости, только без этого своего камуфляжа, пива попьем…

Где и в какой реальности это реальные вещи?! Или нормальные?
   
А, вот еще, из "оксюморончиков". 

У нас на улице Ковпака разбили дом. Не весь, так, крышу изрешетили. Ковпака последняя улица поселка. За ней посадка (так у нас называют лесополосу из лиственных деревьев) и дорога по которой ходила украинская военная техника виз КПП "Должанский" на КПП "Червонопартизанский". По ней стреляли неизвестные люди в цивильной одежде, расположившиеся на одном из терриконов поселка. Но так как стреляющие были непрофессионалы, то по колонне они не попадали, зато скосили все верхушки деревьев и пару раз попали в дома. Вот так и разбили крышу. Живёт там геройский дедуля Петр Алексеевич. Раз ему в крышу попали, два ему в крышу попали (осколками), на третий хорошо так попали, полкрыши как и не было. Он на второй день залег где-то с биноклем и определил, откуда стреляли. Когда люди с ПЗРК поднялись на террикон, уже после того, как деду хорошо раздолбили крышу, он поднялся к ним:

- Хлопцы, вы чего стреляете?

- По нацикам стреляем, дед, по укропам, чтобы они нас не убивали.

- Ага, а я причем? Де, я вас спрашиваю, у мене на крыши ти нацикы? А укроп? Вы б сказали, шо нельзя вырощувать, я б сам вырвав на городи. У мене пенсия мала, де я вам гроши на шифер визьму. Хто чинить будет? Хто командир? Так, пошить мени бумагу, шо стрилялы, мов, з шахтного террикона, промазалы и винувати, бо зараз увесь посёлок обзвоню, всих зберу.

Пацаны такую бумагу написали, так как дед дюже дотошный был и принес с собой бумагу и ручку.
С этим документом дед пошел в ДТЭК, угольное предприятие, принадлежащее господину Ахметову:

- Так, з вашого объекту, тобто террикону, було пошкоджено мий будынок, ремонтуйте, - требовательно сказал Петр Алексеевич.

- А мы причём, - пожали плечами в ДТЭКе, - мы тут не причем, это все нацики и укры стреляют.

Дед показал бумагу с подписью "народное ополчение шахты Красный Партизан ТОВ ДТЭК":

- То це значить ваши нацики булы?

Согласно официальных данных органа местного самоуправления, которые дедуля умудрился получить на свой запрос, действительно была зарегистрирована такая мирная организация для охраны государственной границы и правопорядка в Свердловском исполкоме. Руководство ДТЭКа пришло в состояние "ну ни хрена себе компромат" и выслало бригаду, которая за "свий кошт" отремонтировала деду дом, душ, сарай, забор, засыпало все ямы на улице и выдало премию "на 9-е мая" в июне 2014 года… 
 
А вот самое, на мой взгляд, пикантное "оксюморонище".

Когда в наш город вместе с мартовским солнцем заползла "руськая весна", то почему-то любители руського мира для своего офиса выбрали помещение ритуального агентства рядом с налоговой. Они вывешивали триколор рядом с надгробьями, как бы объединяя руський и потусторонний миры, то ли угрожая, то ли подсказывая, что, мол, и нам, и вам с нами, дорога только туда в царство небесное.

Рядом с офисом руського ритуального мира и налоговой, в помещении ДК, разместился штаб, тогда еще безоружной и действительно патриотичной (по отношению к городу) местной самообороны, которая выполняла функции "народной дружины", отлавливая по ночам нариков и алкашей.

Так вот самооборонцы беспощадно лупили "руськомирников". Те только триколор вывесят или соберутся больше трех, как ребята из самообороны тут как тут, и оп-па, воспитательный патриотический пендуль, разорванный флаг и пара фингалов на просветленных руськой идеей лицах.

И так они довели бедных "руськомирников", что те выбегали из ритуалки раненько утром, фоткались с веселыми мордами лица на фоне флага, изображая толпу руськолюбия и… прятали триколор на весь день в надгробья и лишь вечером, после часа пик, когда азартные свердловчане проедут домой мимо их схрона, выходили на отчетную фотосессию. Выкладывали её в "Одноклассники", убеждая горожан во всеобщем руськомирии.
 
И вот вспоминаешь такие мелочи и думаешь, а реально ли это, а могло ли это быть в Украине, на Донбассе, в двадцать первом веке? Не знаю. Но я видела это.

Так о чем это я, объявленная местным телевидением "ВИД" (относящееся к группе предприятий "Ирта") циничным и жестоким атаманом армии Юго-Востока, я, так как мне ничего не оставалось делать, приняла на себя эту роль.
 
Я распечатывала законы России и Украины, сравнивала, доказывала, соглашалась и убеждала. Я радовалась каждому "ты права" и прислушивалась к каждому "мы хотим так". Я не манипулировала, хотя… хотя, возможно, манипулировала, убеждая, перетягивая на свою, вернее, на сторону Украины мужиков, надеясь сохранить город от войны, а людей от смерти. Получалось, я радовалась. Не получалось, продолжала искать выход. Я еще верила, что войну можно остановить. Я просто не знала как.

Так как штаб самообороны, как я уже писала, был дверь в дверь с офисом ОИК, то в городе шла подготовка к выборам, а мужики из самообороны ремонтировали розетки, выключатели и проводку и поили кофе девчат из ОИК. Никто никому не мешал. Правильно ли это было, не знаю. На тот момент было важным сохранить мир и жизнь. Мы читали в СМИ о похищениях, убийствах и погромах в избирательных комиссиях, а у нас девочки, члены комиссии, болтали с мужчинами с колорадскими лентами. Возможно, кто-то назовет нас коллаборационистами или предателями, но все просто хотели жить. 

Городская власть, не ожидая такого разворота событий, дала опровержение о моем командорстве, но в это уже мало кто поверил. Я, уверенна, единственный командир, атаман армии Юго-Востока, ходивший в штаб ополчения в вышиванке, и не бравший в руки оружие. А наш штаб народной самообороны был самым букетистым, так как мужчины, чтобы меня порадовать, шли на дежурства выбритыми и с букетиком, сорванных дома или на той же городской площади цветов.
 
А к выборам город был готов. Компьютеры работали, ополчение не мешало, только критиковало кандидатов и обещало всех расстрелять за разграбление страны. Но ответ на наш вопрос "а кто достоин" и "один уже представлял Донбасс, кто следующий от нас" так и не был найден.

ОИК ждал доставку бюллетеней. До выборов оставалось пару дней, нам обещали, хвалили за мужество. Я уже не помню число, но где-то за пять-семь дней до выборов из Интернета мы узнали, что наш ОИК захвачен ополчением. Девчата и председатель ОИК стали звонить в Киев. Но услышали лишь одно "вас захватили, за работу вам заплатят, не переживайте". Оказалось, горисполком дал на вверх такую инфу, а милиция подтвердила, хоть это и не было правдой. Все опустили руки. Патриотически-настроенные граждане обиделись, что лишены права голоса, а не патриотические ликовали, что Киев нас слил, а значит информация об аннексии Донбасса, подтверждена и нужно "чуть-чуть подождать Путина". 

"Чуть-чуть" оказалось фактически на следующий день. В город зашли русские казаки.
 
Меня предупредили о русских освободителях, как только они зашли на первый блокпост. Мужчины сказали, уходи, это уже не шутки. И я уехала. В Антрацит. На пасеку своего друга. Уже в дороге я узнала, что женщины города (количество их никто не считал) сбежались на площадь и, стоя на коленях, просили казаков уйти.

"Вы не нужны здесь, нас не нужно защищать" - просили они. Казаки были удивлены, но сразу ушли в Ровеньки и Антрацит. Там их встречали хлебом солью и цветами. Там они и остались. А я оказалась там, где меня никто не искал, за спиной противника, но на самой линии фронта. Так я попала в "Должанский" котел (линия Бирюково-Новоборовиц-Зеленополья-Дьяково, Боково-Платово).

(продолжение следует)
Якщо ви помітили помилку чи неточність, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

 

Умови використання матеріалів сайту

Використання матеріалів можливе лише за умови активного гіперпосилання на UaModna ( див. Правила* ). Для генерації коду посилання натисніть на кнопку

Думки, позиції, уподобання та заклики, опубліковані на нашому сайті, є власністю авторів і можуть не співпадати з поглядами редакції uamodna.com

Жінка в контексті Другої світової війни
Генріх Гейне колись сказав: «Жінки творять історію, хоча історія запам'ятовує лише імена чоловіків». А якщо жінка має за плечима зброю та відвагу, то чим вона слабша за чоловіка? На жаль, війна нікого не ділить за гендером, перед лицем смерті ми всі однакові.
Читати більше